17:58 

rosenkrantzdead
Название: Потерять, но обрести
Фэндом: Big Wolf on Campus
Автор: Rosenkrantz
Жанр: romance, angst
Пейринг: Томми/Мертон
Рейтинг: PG
Дисклеймер: балуюсь, не претендую.
От автора: таймлайн – начало третьего сезона.

Поцелуй Мертона и Лори – как ножом по сердцу, парой резких ударов, в момент которых – неровное биение, рваные вдохи-выдохи. Это то, что видеть невозможно. Только сорваться с места и бежать куда подальше. Не оглядываясь, не думая, не представляя. Только бежать и бежать, сворачивая в первый попавшийся переулок, а потом еще в один, и еще, не зная даже, в какой части города он сейчас находится. Да будто их это в данный момент заинтересует. Так друг другом занятых. И остановиться, понимая, что даже волки устают. Лбом к холодной кирпичной стене, кулаком в нее же со всей волчьей дури. И утробный рык. Ладно кто-то другой, все легче было бы, но Мертон!.. Невозможно. Удар. Невозможно. Удар. Осыпающаяся кирпичная крошка, кровь из разбитых костяшек, вой на неполную луну. Просто сумасшествие какое-то. Слишком много эмоций для всего лишь одного случайного подсмотренного эпизода. Она ведь даже больше не его девушка. Кто она вообще для него теперь? Соратница и подруга, чего тут убиваться. Да вот ощущение того, что все светлое, что внутри него теплилось, взяли и растоптали они предательством таким своим. Ай да Мертон, ай да сукин он сын. И еще удар, еще и еще. С наплевательским отношением к боли физической.
Вдох-выдох, хватит бегать. Теперь он плетется, упирается ладонью в стенку. Перенапрягся. И моральное тут играет гораздо большую роль, нежели физическое. Хочется лечь, свернуться калачиком, поджать хвост и с места не двигаться. Вот только жалеть себя без толку. Лучше выводы сделать, он же все-таки сильный, бесстрашный оборотень, а не тот же трусливый и тщедушный Мертон, который как раз таки и стал бы вести себя так глупо. Нет. Нужно пойти домой, посмотреть с братом какое-нибудь шоу по телевизору, да отправиться спать. Да и родители снова волноваться будут, если он опять придет домой посреди ночи, а не, как полагается нормальному и порядочному молодому человеку, до полуночи. Решить просто. А вот успокоиться и волка в себе после такого вечерка подавить гораздо сложнее.

Казалось, нет ничего больнее предательства лучших друзей. Оказалось, что есть. Прикосновение к холодному, почти ледяному камню, который буквально пару часов назад был абсолютно живым человеком, просящим прощения, виноватым. Но так его и не получивший. Вот что страшнее всего – такая потеря, которая только и может что чувство вины вызвать, гложущее и вынимающее душу. И неизвестность накрывает с головой. С проблесками надежды. Его ведь еще можно спасти? Можно? Ведь можно же?.. А может быть и нет. Необратимые вещи ведь тоже случаются.
И Лори уже куда-то на задний план, и поцелуй ее с Мертоном – ерунда какая. Да и поцелуй ли его волновал? Нет, скорее всего действующие лица именно в таком составе. Несколько иная ревность. Да и время ли об этом опять думать сейчас? Когда Мертон быть может больше никогда не будет пересказывать ему свои дурацкие винтажные фильмы про монстров, носиться вокруг, попадать в несуразицы, просто быть... рядом.
В подвале-берлоге пусто без хозяина. Даже кассеты со всей его болтовней не скрашивают, только изредка улыбнуться заставляют. А Лори хрустит над ухом только. Никакого понимания ситуации. Ну да, для нее этот чудик лучшим другом не был. И это даже раздражает. До невозможности и покалывания в кончиках пальцев. Тихо, волк, тихо, это же Лори, а не монстр какой.
Взгляд на статую, на последний момент его жизни. И как удар под дых. Больно. Отвернуться резко, взгляд снова на экран. Мертон там кажется таким далеким, таким нереальным. Как и статуя эта. Как было бы здорово, если бы чары сами, словно по желанию, с него спали. Он подкрался бы сзади, похлопал по плечу, посетовал бы на тему того, что почему-то никто не льет слез, пообижался бы для приличия на эту тему. Стал бы снова Мертоном, а не куском камня.

- Я догоню, иди вперед, - говорит Томми.
Лекарство найдено, деньги на него собраны, очень скоро Мертон снова станет самим собой. Но если нет... Хоть так, но пару слов другу сказать надо. Жизненно необходимо просто таки. Лори кивает, напоминая только, что времени не так уж и много. А Томми только отмахивается, не дурак он, да и не станет последней возможностью рисковать. Только пару минут, ему больше и не надо.
Кончиками пальцев по каменной щеке. Холодно, обжигающе холодно. И эта застывшая гримаса. Мертон кричал. Мертон спасал его, Томми. И ведь спас, пусть и такой ценой.
- Я у тебя в долгу, дружище. И я обязательно верну тебя к жизни. Подожди еще немного.
Странно это – пытаться обнять каменную статую своего лучшего друга. Как будто пытаясь согреть своим теплом, прижаться поближе, носом утыкаясь куда-то в шею каменному Мертону. Странно? Да. И со стороны, и по ощущениям. Дыра в груди будто разрасталась. Стоило только прикоснуться. Томми вернет его. Вернет и обнимет уже живого, по-настоящему, похлопав по спине, крепко-крепко. Тепло к теплу, чтобы правильнее.

Мертон, словно слепой котенок, тыкается во все углы своей берлоги, спотыкается обо все, падает, поднимается и снова падает. Одного его оставлять нельзя ни в коем случае. Сломает еще себе чего-нибудь. Или на опасное на что напорется. Колюще-режущих, стреляющих и прочих приспособлений здесь прорва целая. Едва оживив оставлять на такой произвол судьбы? Ну уж нет. Томми подхватывает друга под руку, позволяет опираться на себя.
- Я буду твоими глазами, Мертон.
Еще хоть что-то сделает для него. Позаботится. Его собственные обиды – ничто по сравнению с тем, что Томми чуть лучшего друга не потерял. И он просто обязан теперь быть рядом. Главное чтобы только Мертону не пришло в голову добротой такой воспользоваться.
Дингл зевает, Дингл хочет спать. Томми помогает ему переодеться в пижаму. Не без труда, конечно, не приходилось ему раньше никого переодевать. Подтыкает Мертону одеяло, садится рядом на кровать. Неприятно видеть его расфокусированный взгляд, знать, что для друга сейчас вокруг есть только чернота, никаких очертаний, ничего. Но это всяко лучше, чем бытность каменной статуей.
- Приятных снов, Мертон. Я буду рядом, на диване.
- Томми... – парень бормочет, засыпая, - Ты мой самый лучший друг. Я так тебя люблю...
И Томми пропускает пару ударов сердца. Умом понимает, что для Мертона все прикосновения, все объятия, да даже такие слова значат в данном случае только очень сильную дружескую привязанность. Правда же? Да точно, это же Мертон. Вот только внутри что-то обрывается и начинает произрастать снова. Еще и сердечный ритм учащается, наружу от нахлынувшего волк даже выбирается. А Мертон уже сопит, что-то еще говоря во сне, совсем уж неразборчиво. Томми улыбается, мимолетом проводя по черным волосам Дингла ладонью. Какая разница. Главное – теперь он всегда будет рядом. И не позволит больше кому-то причинить вред его лучшему другу. Никогда. Ну, или постарается, по крайней мере.
- Я буду рядом, - повторяет Томми, отправляясь на диван.

@темы: slash, fanfic, Rated: PG, Big Wolf on Campus

URL
Комментарии
2011-09-02 в 23:25 

Elsa Victoria von Klin
"How old are you? DS: My birthday is October 2". Играю в скраббл на раздевание.
rosenkrantzdead
немножечко пафосно, ага. Но в общем и целом - awwwww, Волк, заботящийся о своей собственности, да-да-да :)
Спасб. Я как раз начала смотреть это безобразие)))

2011-09-03 в 02:32 

rosenkrantzdead
Lina Clean
У меня почему-то всегда так - первый раз в фендоме не без пафосности. Личная затравка под будущий разгон. )

URL
2011-09-03 в 09:30 

Elsa Victoria von Klin
"How old are you? DS: My birthday is October 2". Играю в скраббл на раздевание.
rosenkrantzdead
ну, всё равно туда пафос хороше вписывается :laugh: ;)

     

Без Гильденстерна

главная