Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных
00:17 

rosenkrantzdead
На всякий случай, если будет пробиваться поиск по дневникам - это не в обзор. Как закончу - выложу на основном дневнике.

Название: Игры разума
Автор: Rosenkrantz
Фендом: XMFC
Пейринг: Чарльз/Эрик (основной), Чарльз/Мойра
Жанр: AU, драма
Рейтинг: PG-13
От автора: сначала была заявка на нон-кинке. Сумбурное исполнение ее. Заявка не отпустила, повествование потребовало расширения. Очень явное переплетение с фильмом «Игры разума» и биографией Джона Нэша. В начале глав использованы цитаты как раз таки из этого фильма. Да и над названием долго не думал.

II
Логические причины можно найти только в загадочном уравнении любви

Запахи из кухни доносились просто изумительные. Чарльз, выстраивающий с сыном какую-то пирамидку из кубиков, обернулся и потянул носом. Готовить Мойра умела как никто. Сравниться с ней могла разве что мисс Лафит, которая работала на семейство Ксавье, когда он еще был ребенком. Наверное, его жене стоило стать поваром, а не генетиком. Как никак, в отличие от него самого особой пользы науке она не принесет. Но не мог же он ей об этом сказать. Подумает, что зазнался. Тогда как ничем подобным от его мнения и не пахло. Просто здравый смысл. Готовка ей давалась лучше. И, судя по какой-то незамысловатой песенке в ее исполнении, что слышалась из кухни, нравилась больше. А жизнь посвящать нужно тому, что нравится и тому, что идет без особого труда.
Дэвид дернул ножкой и разрушил пирамидку. Стоило только отвернуться. Чарльз мягко улыбнулся, потрепал сынишку по волосам и принялся собирать кубики в одну кучу. Все-таки нравилось ему возиться с Дэвидом. Если бы он был обычным человеком, с обычными житейскими заботами, то мог бы уделять ему гораздо больше времени. Стоит, видимо, немного поменять свой график. А то Дэвид так совсем забудет, как же выглядит его папа.
Раздался звонок в дверь. Очень настойчивый звонок. Чарльз поднялся с пола, отряхнул брюки и пошел открывать. И сомневаться не стоило в том, кто же нагрянул. Этого гостя сегодня ждали к ужину.
- Кейн, я рад тебя видеть.
- Не могу сказать о тебе того же, братец.
Ксавье посторонился, пропуская мужчину внутрь. Единственный день в году, когда брат приезжал к ним, на рождественский ужин, а никакого даже намека на доброжелательность. Каждый год приходилось настаивать и уговаривать, пытаться наладить контакт. Он даже мог понять отнощение Кейна к нему, мог. Не мог понять только того, почему брат столь настойчиво отказывался принимать его шаги к сближению. На протяжении вот уже стольких лет. Он ведь действительно рад был видеть его.
- Кейн? – Мойра высунулась из кухни. – Располагайся, все почти готово.
- Не хочешь выпить чего-нибудь? – поинтересовался Чарльз.
- Уж лучше так, чем терпеть только твое присутствие в комнате.
- Мое и Дэвида.
- Не многим лучше.

- Я убью его, - Эрик словно выплюнул слова, сжимая и разжимая кулаки.
Чарльз положил ладонь на его плечо, чуть сжал в успокаивающем жесте. Ему и самому было крайне неприятно смотреть на развалины их тайной штаб-квартиры, больно было осознавать, что Дарвина они больше не увидят, что Ангел покинула их. И он прекрасно понимал, как сильна была ненависть друга к этому человеку. Как и понимал то, что сейчас они не в том состоянии, чтобы бороться и лезть в самое пекло. Эрик шумно выдохнул и накрыл его ладонь своей. Чарльз кивнул. Друг тоже это все понимал.
- Ребят надо отпустить по домам.
- Мы никуда не уйдем, - взвилась Рейвен. – Чарльз, Дарвин мертв, как ты не понимаешь!
- Именно поэтому. Это все становится слишком опасным для детей.
- Чарльз, на пару слов.
Эрик отвел его в сторону. Ксавье взглядом через плечо окинул юных мутантов. Он ведь прав. Ребята еще не готовы к тому, чтобы полноценно выступить на их стороне. Они еще совсем дети, им рано...
- Они уже не дети. Хватит принимать решения за других. Они хотят остаться.
Еще один взгляд на ребят. И Эрик тоже прав, с этим не поспорить, как бы не тянуло. Как обезопасить тех, кто не просит заботы? Точно так же, как и с Лэншерром. Оставить при себе и присматривать, по возможности не позволяя делать совсем уж откровенные глупости. И даже если штаб-квартиру ЦРУ разрушили, им все равно все еще есть куда пойти. Слишком долго пустовало поместье, в котором он вырос. Он, Рейвен и Кейн конечно же. Пора, кажется, снова наполнить его голосами и звонким смехом. Может быть, поместье еще кому-то сможет стать домом. Ксавье снова кивнул, соглашаясь со словами друга. Кажется, рановато возвращаться домой и продолжать наслаждаться обществом семьи. Здесь еще слишком много дел, не требующих отлагательств. Ну и за самим Эриком проследить не мешает. Здравомыслящий-то он здравомыслящий, но холоден только внешне. Слишком много всего сейчас бушует у него внутри. И только Чарльзу об этом известно.
Нужно только позвонить Мойре и предупредить о том, что не вернется. Как все же часто он стал общаться с женой посредством одних лишь только телефонных звонков...

За такими семейными ужинами Кейн общался исключительно с Мойрой. Чарльзу брат только высказывал свое неудовольствие его наличием в комнате, грубил и всячески показывал свое пренебрежение. Но Ксавье терпел все нападки с его стороны с каким-то ангельским смирением, невероятным для любого другого человека. Кейн – его брат. Кейн – заблудшая овечка, слишком запутавшаяся в сетях своей ненависти и отсутствия внимания со стороны родителей в детстве. Гениальному Чарльзу доставалось все и всегда, посредственного брата же обходили стороной. Да, мать и отчим в этом плане поступали неправильно. Чарльз вполне и обошелся бы без их заботы, тогда как Кейну она была нужна. Но все это оставалось в прошлом, которое не изменить, в отличие от настоящего. И в возможность улучшения отношений Ксавье все еще не переставал верить. Надежды у него запас был неистончаемый. И только в этом году он сожалел о том, что Эрик отказался посетить их. Хотя бы не было бы так невыносимо ощущение того, что он здесь совершенно лишний, палка в колесе. Но Эрика здесь не было. Ни Эрика, ни Рейвен, которая могла бы, кстати, хоть на одном семейном ужине поприсутствовать. Да, родной сестрой им она не была. Но и с Кейном ни капли общей крови не было.
Чарльз ковырялся в салате с точно таким же унылым выражением лица, как и его сын. Вот только причины на это у них разные были. Дэвид просто не любил салат. Но тем не менее, хоть кто-то рядом его хоть сколько-то, но понимал.
- Кейн, ты так и не собираешься перебираться поближе к центру города?
- У меня нет пока такой возможности. Знаешь, Мойра, мне все же приходится жить на одну свою зарплату. Мне наследства не оставляли.
- Я много раз говорил тебе, что...
- А я много раз отвечал тебе, что подачки с твоей стороны мне не нужны.
Чарльз вздохнул. Вот логики в нападках такого плана он не видел никакой. Сам он не нуждался в том, чтобы растрачивать имеющиеся средства просто так, живя на широкую ногу, но оказать финансовую поддержку брату, пусть и не нуждающемуся на самом деле, он всегда был готов. Да только кто бы ему позволил лезть. Кейна раздражало в нем все, и его деньги, и его такая добродетельность. Хотя сам он ни разу не подал повода для неприязни. Это все было слишком тяжело для него. Рождество не должно было быть таким. В былые годы, в детстве, оно ему тяжелым и не казалось. Как жаль, что время вспять не повернуть. Очень жаль.
Он поднял голову от тарелки, перевел взгляд в сторону окна. Глаза на момент расширились. За окном стоял Хэнк.
«Что-то случилось?» - мысленный посыл.
«Да. Вы нужны нам», - последовал ответ.
Чарльз отложил вилку в сторону. Взял салфетку, провел ею по губам и, прокашлявшись, сообщил:
- Прошу меня простить, но я только что вспомнил о кое-каких важных делах. Вынужден покинуть вас сейчас.
И пусть они оба думают, что он просто сбегает от неприятной атмосферы, пусть. Если ребята в нем нуждаются, он не может спокойно сидеть и ужинать. Генри просто так не пришел бы, не будь на то действительно серьезной причины. И укоризненный взгляд Мойры можно пережить, как и облегчение на лице Кейна.

- Убийство Шоу не принесет тебе мира, мой друг.
- Мир никогда не был моей целью.
Чарльз взял со столика стакан с виски и откинулся на спинку кресла. Ну конечно, как уж тут его переубедить? Ксавье хотел бы не позволить. Твердо сказать «нет» и поставить точку в этом разговоре. Настоящую точку, без всяких вероятностей. Вот так сказать, чтобы Эрик перестал лелеять мысли об убийстве, кивнул головой, ответил, что не будет. И действительно не стал бы. Но нет. Чарльз не был настолько наивен и уверен в своих силах способного убеждать человека. Есть люди, которых не переубедить. И один такой кадр сидел как раз перед ним. Мужчина сделал глоток, смочил губы и склонил голову набок. Эрик не понимал. Эрик совершенно не мог понять того, что на самом деле местью дело не исправить. Что месть не вернет ему мать, а лишь уподобит Шоу. Ксавье пытался представить себе, что будет с ними двоими, если друг все же это сделает. Лэншерр уже не одного человека лишил жизни, но не изменится ли отношение Чарльза к нему после смерти Себастиана? Он не знал. Мог только предполагать и верить.
- Послушай теперь ты меня, - Эрик подался вперед, взял руку Ксавье и потянул его на себя. – Я знаю, что для тебя самым лучшим вариантом было бы посадить вокруг себя в кружок всех плохих ребят, напоить их горячим шоколадом и уверить в том, как хорошо было бы жить в мире и согласии, а потом спеть жизнеутверждающую песенку и успокоиться, - подушечками пальцев он прогладил по ладони Чарльза, словно чтобы отвлечь и смягчить прикосновениями. – Но на практике такого не произойдет. Ты не в праве менять чье-то мнение на прямо противоположное, ненависть сильное чувство. А амбиции могут быть еще сильней. Люди же видят опасность в каждом из нас, в любом, кто не похож на них. Они боятся. Потому не примут нас. И так желаемый тобой мир не наступит до тех пор, пока наш вид не вытеснит их. Ты лучше меня знаешь, что такое эволюция.
- Ты не можешь этого знать наверняка.
Руки Эрика были грубыми, жесткими. Именно в этот момент, момент тактильного контакта и почти физического ощущения его эмоционального фона, Чарльз прочувствовал на всю мощь их разность. И невозможность светлого будущего. С горячим шоколадом и жизнеутверждающими песенками.

Когда Чарльз вот так сбежал с семейного ужина, Кейну стало проще дышать. Тогда как Мойра могла только кусать губы и смотреть на закрывшуюся дверь. Кажется, слишком нелегкие времена настали для их брака. Переломные моменты. И их либо нужно пережить, не будучи уверенной в конечном результате, либо найти возможности что-то изменить, а не плыть по течению. Опять же – не зная, во что это может вылиться.
- Я все никак не могу понять, как же моему братцу удалось зацепить такую женщину, как ты, - ухмыльнулся Кейн, допивая вино из своего бокала.
- О, ты, наверное, не поверишь, но Чарльз умеет убеждать. К тому же, половина его студенток без ума от него.
Женщина поднялась из-за стола, пора было все убирать. Ужин подошел к концу, Дэвид клевал носом. Да и находиться дольше рядом с братом мужа, далеко не самым приятным человеком, без присутствия Чарльза здесь совершенно не хотелось. Да еще и в таком взвинченном состоянии. В последнее время она уж очень часто была, словно на иголках, сидела у телефона, ожидая звонка.
И вот, словно в ответ на мысли Мойры, телефон зазвонил. Женщина, уже взявшая было тарелки, поставила их обратно на стол и, слегка покачнувшись, направилась к аппарату.
- Алло?..
- Мойра? Милая, меня сегодня можешь не ждать. Много дел.
Чего и требовалось доказать. Чарльз снова предпочел работу семье. А все-таки, работу ли? Подозрения понемногу начинали закрадываться в ее голову. Она вымученно улыбнулась поднявшемуся из-за стола Кейну.
- Чарльз... задерживается. Думаю, тебе не стоит его ждать.
- Мне и не хочется. Спасибо за отличный ужин, Мойра.
- Ну что ты. Все-таки, жаль, что Рейвен нас не навещает. Мне хотелось бы, чтобы рядом с ним его семья была в полном составе.
- Рейвен? Не припомню никого с таким именем.
- Как? Она же ваша сестра.
- Мойра, я – единственный его родственник. Не понимаю, о чем ты говоришь.

Заснуть Чарльз не мог всю ночь. Его то что-то словно тревожило, то накрывали с головой воспоминания. Здесь, в доме, в котором он вырос в первую ночь за столь долгое время отсутствия иначе и быть не могло. Огромное количество мыслей обо всем происходящем с ним сейчас. Попытки сопоставить мягкие прикосновения грубых рук Эрика с его бурлящим, словно лава в жерле вулкана, желанием отомстить. Размышления о правильности своих действий уже совершенных и тех, что совершить еще придется. Все то, о чем сложно было думать дома, рядом с Мойрой, все то, о чем невозможно и помыслить было во время работы в университете. А воспоминания... Отдельная глава, более широкая. Здесь он впервые встретил Рейвен, здесь прочувствовал будто на себе всю боль и обиду Кейна, здесь все еще оставались и самые светлые моменты его жизни. Уснуть не удалось даже под утро, когда, казалось, организм уже требовал своего. Глаза закрывались, но мозг все работал и работал, пересиливая потребности в крепком и здоровом сне.
Когда стало окончательно понятно, что толку от попыток заснуть нет никакого, Чарльз выпрямился, садясь на кровати, помассировал виски и решил, что лучше хотя бы пойти и сварить себе кофе. Пока дети, утомленные, спят. И подумать над тем, что бы такого сделать на завтрак. Готовить так, как мисс Лафит или Мойра он не умел, но что-нибудь сообразить вполне мог. Потому он спустил ноги с кровати, поднялся и, одевшись, направился на кухню. За окном уже забрезжил рассвет.
- Плохо спалось? – Эрик стоял, прислонившись к дверному косяку. Ксавье чуть не ударился головой о дверцу холодильника от неожиданности. Странно, что он не почувствовал того, что друг где-то рядом.
- Как видишь. Выходит, что не мне одному.
Легкая ухмылка пробежала по губам Эрика. Он отлепился от косяка и подошел к столу, уперся в него ладонью, чуть склоняясь вбок. И пробежался по Чарльзу взглядом с непонятным прищуром. Таким, от которого мурашки под кожей активизировались и зашевелились. Снова заставляя мужчину вспоминать о своих попытках сопоставления.
- Кофе, - он кивнул головой на стоящую на огне турку. – Сделаешь и мне? Чем крепче, тем лучше.
- Конечно, друг мой.
Чарльз отвернулся к плите, пользуясь тем, что его мутация глаз на спине не предполагала, и смотреть на Эрика не было никакой необходимости хотя бы в этот момент. В голове все еще крутились обрывки фраз из их последнего разговора. А еще что-то такое непонятное, неуловимое. Крутившееся перед самым носом, но никак не позволяющее себя поймать. Словно дразнило. Говорило: «Поймай меня, если сможешь». И это что-то только усиливало напряжение в глубине души Чарльза. Потому что о целях Эрика он так или иначе знал. Как знал и то, что остановить его в случае чего будет не в состоянии. И принимал это, как бы не было неприятно. Тогда как нечто непонятное... Хотя бы о самом себе ему хотелось знать все.
- Можешь взять мой, - он поставил кружку на столешницу рядом с плитой. – Он достаточной крепости.
В пару шагов Эрик преодолел расстояние между ними, будто случайно задел Ксавье локтем, беря в руки чашку. Рвал обозначенную дистанцию.
- Нет. Слишком мягкий. Такой, словно кофе говорит за того, кто его варил.
Лэншерр поставил чашку обратно, пару секунд смотрел на ее содержимое. Затем поднял взгляд на Чарльза и сократил дистанцию еще на полшага. Ксавье слегка нахмурился, но назад не подался, стоя на месте, словно приросший к нему.
- Ты говорил, что знаешь обо мне все.
- Эрик, это было...
- Ты больше в этом не уверен? – в самом воздухе будто чувствовалось, что ответа на вопрос не ждут. Констатация факта. – Ты ведь не начал строить стену передо мной?
- Тебе кажется, Эрик. Я не...
- Надеюсь на это, - уголки губ Лэншерра поползли вверх, сам он чуть наклонился к Чарльзу, опять щурясь, вглядываясь в его лицо. – Хотя, уже нет. Врать ты толком не умеешь.
Чарльз чувствовал дыхание Эрика на своей коже. Он вцепился в столешницу, не позволяя себе сделать хотя бы шаг. Почти до боли в пальцах, так крепко. Сложно врать, когда в каких-то считанных сантиметрах находится такой пресс. Ему совсем не нравилось, когда на него давили. А потому...
- Хорошо, ты отчасти прав. Я не могу понять тебя сейчас. Я не могу принять твоих решений, - он развернулся к плите, потянулся за туркой. – Я сварю тебе кофе. А ты поможешь с завтраком.

До дома Чарльз добрался только к вечеру. Из поместья он отправился сразу в институт, чтобы провести пару лекций. Нет, он не преподавал, называть себя профессором смысла не видел. Он просто читал лекции, общался со студентами, никогда не принимая у них экзаменов. А институт давал ему место для проведения своих исследований. Взаимовыгодное сотрудничество с наличием оклада.
А по пути домой уже с работы, он задержался, чтобы выбрать для Мойры букет цветов. Эдакая типичная психология провинившегося мужа, заглаживать вину приятными сюрпризами. Фактически, в том, что необходимо было уйти с семейного ужина, его вины не было. Как не было ее и в том, что пришлось провести ночь в поместье, с ребятами. И именно из-за этого Чарльза совесть и не грызла. Из-за чего бы тогда? Из-за того, что словно совсем забыл о семье. Из-за того, что променял жену и сына на шахматы с другом. До этого дня, конечно же. Но отныне он твердо решил первым делом идти домой, стоит только появиться свободному времени. Потому что Эрик не всегда будет рядом. Даже если захочет, просто не сможет. Однажды кто-то из них сдастся. И больше не будет такого, что стоит только подумать, послать мысль, а он уже на расстоянии вытянутой руки. Утрированно. Эрик же не телепортатор, в конце концов. Семья. Вот что должно заботить его гораздо больше, нежели моральная неустойчивость одного мутанта, пусть и такого близкого. «Ты ведь не начал строить стену передо мной?» - его голос снова настойчиво раздался в голове. Нет, это не стена. Отнюдь не стена. Просто временное отступление. Попытка сделать пару глотков спасительного воздуха, чтобы вновь бросится в бой. Не все в его жизни было так просто, как могло показаться тому же Эрику на первый взгляд.
Еще даже не переступив порог дома, Чарльз услышал музыку. Она доносилась из открытого окна гостиной. «Ноктюрн» Шопена. В исполнении Владислава Шпильмана. Кажется, Мойра слушала его пластинки.
- Я дома, - пальто на крючок, в пару шагов до гостиной, пряча цветы за спиной.
Женщина сидела на диване в гостиной, прикрыв глаза и откинувшись на спинку. Вот только по тому, как дернулись ресницы, можно было понять, что она не спит. Мойра знала, что муж рядом. Но не спешила ему навстречу с предложением разогреть обед. Она слушала его пластинки.
- Милая, я дома, - осторожнее, приближаясь к дивану.
- Я слышу, Чарльз. Ты слишком уж задержался на этот раз.
- Надеюсь, что этого больше не повторится. Если ты хочешь об этом поговорить, давай.
- Нет. Я – нет.
Она резко выпрямилась, провела тыльной стороной ладони по щеке, будто смахивая слезу. Хотя, влажными ее глаза определенно не были, эту деталь Ксавье подметил. Мойра поднялась с дивана, не глядя ни на него, ни на уже протянутые цветы, пошла в сторону кухни. Мимо него. И способностями тут обладать не нужно было, чтобы понять, что она сердится. Чарльз направился следом, пожал плечами в ответ на стойкое игнорирование его персоны и просто оставил букет на кухонном столе.
- Значит, все же изменяешь, - сказала она твердо, констатируя уже обозначенный для нее факт.
Чарльз расширил глаза в непонимании. Он? Изменяет? Ну конечно, с Эриком и шахматами разве только. Это ведь даже смешно, подозревать в неверности его, никогда и повода усомниться не дававшего. Нет, его задержки на работе вполне могли вызвать что-то подобное в душе Мойры. Но что-то никогда раньше он не замечал в ней подозрительности и бессмысленной ревности.
- И как тебе только пришло подобное в голову? – улыбку помягче, смешок в голос.
- Чарльз, скажи мне, только честно. Кто такая Рейвен?
- Моя младшая сестра, но она тут причем?
- При том, что у тебя нет сестер. Ни сестер, ни братьев помимо Кейна.
- Это он тебе сказал? Знаешь, я бы на твоем месте не стал верить моему брату.
- Я уже не знаю, кому из вас верить. Рейвен ни разу не переступала порога этого дома, на нашей свадьбе ее так же не было. Что прикажешь мне думать, а?
- Ты просто себя накручиваешь.

Эрик снова стоял в дверях. В голове Чарльза уже успел четко отпечататься этот его образ. У дверного косяка, со сложенными на груди руками. Все та же поза, все тот же взгляд. Ксавье устало опустился в кресло за своим рабочим столом. Ему предстояла очередная бессонная ночь.
- Я не понимаю, зачем Кейну лгать? Такие глупости.
Он потер веки подушечками пальцев, локтями упираясь в стол. Уже больше суток без каких-то проблесков сна. И вот пожалуйста – такая ссора с женой. Ссора, после которой пришлось хватать пальто и идти ловить такси, дабы провести ночь в институте. А еще он слишком громко думал, по всей видимости. Думал о том, что единственный, кого он хотел увидеть, да что там хотел, нуждался в нем, как в воздухе – это Эрик, и только он. Без крепкого плеча которого сейчас никак не обойтись. Просто присутствие, молчаливое. Главное – рядом. Думать думал, но звать не звал. А Эрик пришел.
- Расслабься, Чарльз. Как ты там мне говорил? Просто успокой свой мозг.
Лэншерр обогнул его стол, останавливаясь позади кресла. Опустил руки на плечи Чарльза и сжал их. Расслабил пальцы, и снова. Массировать он, вообще-то не умел. Но ведь за попытку его никто по рукам и не ударит. Как минимум, не здесь. А кому-то еще делать массаж он вряд ли согласился бы. Ксавье чуть запрокинул голову, не открывая глаз. Уж лучше думать о руках друга, нежели о том, что с Мойрой еще предстоит поговорить на эту тему снова. Он действительно пытался расслабиться. И это даже начинало у него неплохо выходить. В крепких руках Эрика он чувствовал себя вполне себе надежно. Как жаль, что всю эту надежность этого человека целиком и полностью понимает только он сам. И такие моменты он сохранит в своей памяти, что бы не произошло. Не позволит ничему их запятнать, не отступит от своих надежд и попыток. Просто потому что именно так и должно быть. Чарльз ненавидеть не умел, а разочаровать его Эрику, что прошлому, что нынешнему, просто приоткрывшемуся навстречу новым проявлениям, будет крайне сложно.
- Чарльз.
- Да, друг мой.
- Ты ведь так и не спал?
Ксавье не ответил, полагая, что Эрик и сам знает ответ на поставленный вопрос. Читать по мешкам под глазами гораздо проще, чем плутать в лабиринте чьего-то разума. А Лэншерр и не ждал слов. Своим вопросом он будто укорял совсем не заботящегося о самом себе друга. Готового отдать все миру, но забывающего о необходимости спать восемь часов в сутки.
Эрик массировал плечи и шею Чарльза. То осторожно, будто боясь сломать, то настойчиво и с силой. Словно инстинктивно подстраиваясь под любой импульс тела Ксавье. И из-за этих его рук мужчину понемногу начинало бросать то в жар, то в холод. Он провел языком по пересохшим губам, резко выдохнул и, коснувшись кончиками пальцев запястья Эрика, намекнул о том, что пора и прекращать это. Очень явное и невысказанное повисло над ними. Нечто, имевшее подтекст гораздо более глубокий, нежели просто обычные дружеские взаимоотношения. Чарльз даже подумал о том, что именно в этот момент, всего лишь парой мыслей, действительно изменил Мойре.
Лэншерр на какие-то мгновения выпрямился. Но только для того, чтобы взяться за спинку кресла и развернуть его к себе. Затем он навис над Чарльзом, упираясь одной рукой в подлокотник, коленом вдавливаясь в сиденье между ног друга. Пара секунд до вдоха, глаза в глаза. И с решимостью советского танка Эрик коснулся своими губами губ Ксавье, раздвигая их языком, проводя его кончиком по зубам. Пара секунд на срыве, почти ответном. И Чарльз уперся ладонями в его грудь, отстраняя.
- Чарльз, но ты ведь тоже...
- Тоже. Но не могу. Не у всех чувств нужно идти на поводу.
Эрик неровно усмехнулся, пожал плечами в деланном безразличии. И направился к выходу из кабинета Чарльза, за что мужчина ему был только благодарен. Теперь как раз точно одному ему побыть жизненно необходимо. Не совсем такой поддержки в трудной ситуации он ожидал. Ксавье провел подушечками пальцев по своми губам. Еще одна тема для размышлений, что может быть лучше? Идеальный день неудач, как по шаблону построенный. Чарльз вздохнул и откинулся обратно на спинку кресла. Лучше хоть сидя, но поспать. Лишние стрессы организму ни к чему.

@темы: X-Men, fanfic, slash

URL
Комментарии
2011-09-25 в 16:40 

Цири.
till kingdom come
Ох, как мне понравилось. *-* А продолжение у этого чуда будет?

2011-09-27 в 01:46 

rosenkrantzdead
Цири.
Продолжение пишется, да. )

URL
   

Без Гильденстерна

главная